Железные дороги и угольная промышленность возглавляют рейтинг государственных предприятий, существующих за счет государственного бюджета

Именно президент Хавьер Милей во время предвыборной кампании поднял вопрос о государственных предприятиях. Уже придя к власти, благодаря «Основному закону» и курсу на дерегулирование, он придал приватизации конкретные очертания. Спустя чуть более двух лет, после процесса сокращения дефицита в большей части этого сектора, все еще остаются государственные предприятия, полностью зависящие от субсидий. Государство, выступая в роли предпринимателя в угольной отрасли, в сфере СМИ или в качестве оператора железных дорог, не смогло избавиться от почти полной зависимости от государственных средств. «До сих пор существует небольшая группа государственных предприятий, которые квартал за кварталом получают выручку, составляющую лишь небольшую часть своих расходов, и почти полностью существуют за счёт трансфертов из казначейства». Согласно отчёту об исполнении бюджета, публикуемому Министерством экономики, в первые три месяца года государственные компании в совокупности получили текущие трансферты — технический термин, используемый государством для обозначения так называемых «субсидий» — на общую сумму около 620 686 миллионов песо, причём эта сумма сосредоточена в руках очень небольшого числа компаний. «На долю двух компаний приходится более 84 % от этой общей суммы. Первая — это Enarsa, государственная энергетическая компания, которая получила 284 757 тысяч песо в виде текущих трансфертов (которые в основном используются для закупки газа). Вторая — Железнодорожная операторская компания, получившая 238 987,5 тысяч песо». За ними, уже в другом порядке величин, следуют «Yacimientos Carboníferos Río Turbio» (YCRT) с весом 29 650 млн и «Belgrano Cargas» с весом 18 649,3 млн. «Но размер субсидии — это лишь часть истории. Есть вторая, более неудобная переменная, которая показывает, какой процент доходов каждая компания генерирует за счёт своей деятельности — что технически называется «операционная выручка» — и какой процент зависит, прямо или косвенно, от государственного бюджета. «Здесь картина меняется на противоположную: Enarsa, которая получает больше всего денег в абсолютных цифрах, на самом деле имеет значительную выручку от собственной деятельности (362 626,9 млн песо за квартал), и субсидия составляет «всего» 44 % её текущих доходов. Настоящая проблема лежит в другом». «Если и есть сектор, на который приходится основная часть структурной зависимости от субсидий, то это железнодорожный сектор. Железнодорожная операторская компания заработала на своей собственной деятельности всего 18 212 млн песо при общем объеме текущих доходов в 267 200 млн песо: то есть лишь 6,8 % от суммы, необходимой для функционирования, поступает от продажи билетов или коммерческой деятельности; остальное — более 9 из каждых 10 песо — вкладывает государство. «Случай с Ferrocarriles Argentinos является показательным. Дело в том, что это единственная государственная компания, которая увеличила свой штат сотрудников в период правления Милей. В сентябре 2024 года в компании работало 75 сотрудников. В декабре того же года их число уже достигло 507; в настоящее время в штате числится 496 человек. «Туда перешли несколько сотрудников, которые ранее работали в другой государственной железнодорожной компании, закрытой правительством. Речь идет о компании «Развитие железнодорожного человеческого капитала» (Decahaf), известной как «Trenes Argentinos Capital Humano», которая, хотя и исчезла из организационной структуры, перевела почти треть своих сотрудников в «Ferrocarriles Argentinos». Эта государственная компания представляет собой один из самых крайних случаев: её текущие доходы составляют 7339 миллионов, из которых она генерирует лишь 0,4 % своих расходов. «Belgrano Cargas, занимающаяся перевозкой зерна и других грузов, демонстрирует иную картину — она самостоятельно генерирует 65,5 % своих доходов, — но даже при этом ей потребовалось 18 649,3 тысяч песо в виде трансфертов, чтобы завершить квартал. К этому добавляется ADIF, управляющая железнодорожной инфраструктурой, которая собственной деятельностью покрывает едва ли 14,6 % своих текущих доходов». «Yacimientos Carboníferos Río Turbio» (YCRT), государственная компания, эксплуатирующая угольную шахту и тепловую электростанцию на крайнем юге провинции Санта-Крус, является одним из примеров наибольшей зависимости от государства. В первом квартале 2026 года она получила выручку от операционной деятельности всего в размере 286 млн песо, в то время как только на выплату заработной платы потребовалось 28 624 млн песо, а общий объем текущих доходов, необходимых для функционирования компании, составил 30 126 млн песо». Цифры говорят сами за себя: 99 % средств, необходимых YCRT для повседневного функционирования, зависят от трансфертов из Государственного казначейства. Из каждых 100 песо, находящихся на текущих счетах компании, лишь 1 песо было заработано самой компанией. Остальная часть была перечислена государством. «За YCRT и железными дорогами следует целая группа менее крупных организаций и предприятий, которые, тем не менее, на 100 % (или почти на 100 %) зависят от государственного финансирования: Educ.ar, государственная компания по производству художественных и информационных контентов; а также, на чуть более благоприятном уровне, Монетный двор и RTA (Аргентинское радио и телевидение) — у всех этих организаций более половины текущих доходов приходится на трансферты. «На другом конце спектра находятся компании, которые в течение квартала не получили ни одного песо в виде текущих трансфертов: Aerolíneas Argentinas, AySA, Correo Argentino и Administración General de Puertos (управление портами), среди прочих, которые финансируют свою деятельность исключительно за счёт собственных доходов».