Хуан Антонио, бывший футболист «Ривера»: «Футбол — это маленький мир со своими собственными правилами, нужно быть очень трезвым, это не для всех»

Хуан Антонио вспоминает тот эпизод в Комиссии по детским мероприятиям (CAI) как радикальный поворот в своей жизни. Однажды он узнал о пробах, на которых отбор игроков проводил Уго Токалли — тот самый скаут, который открыл Лионеля Месси. «Видимо, я с детства хорошо играл, судьба мне улыбнулась», — объясняет бывший футболист в беседе с LA NACION. Этот момент позволил ему войти в состав сборной Аргентины до 17 лет вместе с Серхио «Куном» Агуэро и Алехандро «Папу» Гомесом, а также другими выдающимися игроками своего поколения. Футболист, родившийся в Трелеве, провёл большую часть своего юношеского периода в Комодоро-Ривадавии. Там постоянный ветер был более серьёзным соперником, чем очередные соперники по матчам. «Я не помню, как именно получил подтверждение. На следующей неделе я сел на самолёт в Буэнос-Айрес, а по прилёту сел на автобус, отправлявшийся от улицы Виамонте, где уже были все мои товарищи по команде. Это был целый процесс — приехать и увидеть, например, Куна Агуэро, у которого квадрицепсы были вдвое больше моих», — рассказывает он о своём прибытии в большой город. После участия в южноамериканском чемпионате U-17 2005 года в Венесуэле Антонио сделал окончательный переход в юношескую команду «Ривер Плейт». Его адаптация в клубе из Нуньеса прошла молниеносно. «Через агента я прошел пробы и меня приняли». «Я присоединился к команде в возрасте, когда играл в пятом дивизионе, через месяц меня перевели в резерв, а оттуда — в первую команду, где в 17 лет я тренировался вместе с Марсело Галлардо и Ариэлем Ортегой — игроками, которых раньше видел только по телевизору», — рассказывает он. Тот опыт общения с футболистами высочайшего уровня закалил его характер. «Футбол — это маленький мир со своими собственными правилами. Нужно быть в полной ясности ума, стараться поддерживать хорошую физическую форму, хорошо высыпаться. Жизнь футболиста — не для всех», — так он подытоживает свой профессиональный путь. Его карьера также включала период выступлений в итальянском футболе, где он защищал цвета «Асколи», «Сампдории», «Пармы» и «Брешии». В 27 лет череда постоянных травм заставила его принять окончательное решение уйти с футбольного поля. «Вместо того чтобы погрузиться в отчаяние из-за ухода из спорта, Антонио направил свою энергию на другую свою страсть: музыку. «Дело в том, что в футболе всё тесно связано с победами и поражениями. Когда клуб на ходу и выигрывает матчи, ходить на тренировки, играть в матчах, выходить на улицу — это настоящая роскошь... в итоге это становится самой завидной и прекрасной работой в мире, у тебя появляется доступ к вещам, недоступным обычному рабочему; дело в том, что когда дела идут плохо: всё вышеперечисленное сохраняется, но в отрицательном ключе», — размышляет он о той двойственности, с которой ему приходилось сталкиваться на протяжении многих лет, когда гитара всегда была с ним на сборах и в предсезонный период. «Я всегда увлекался музыкой: брал гитару на тренировки и приглашал ребят на концерты нашей группы. Я был тесно связан с музыкой, но не мог посвятить ей всё своё время, потому что это совершенно разные миры», — комментирует он свой период в качестве действующего футболиста. После того как он повесил бутсы на гвоздь, музыкант основал группу «Франция 98» — рок-коллектив, который избегает мимолётных модных тенденций. «Сочинять песни — это то, что мне нравится больше всего. Играть вживую и наслаждаться этим путешествием. Вместе с группой мы получаем от этого удовольствие, скромно отстаивая традиции национального рока. Мы не стремимся задавать модные тенденции», — уверяет он. В настоящее время группа пользуется поддержкой лейбла DBN Argentina. Антонио сравнивает эту поддержку с тем, как важно быть частью известного клуба в футбольной среде. Группа уже записала два альбома и готовится к выпуску третьего к концу этого года. Пока они гастролируют по барам северного района и планируют выступления в столице, артист старается не афишировать своё спортивное прошлое. Его анонимность на андеграундной сцене настолько велика, что даже самые близкие родственники сначала не могли поверить в его карьеру. «В Интернете не так много информации обо мне. Более того, мой сын не верит, что я играл за «Ривер» и в национальной сборной». «Только в прошлом году он начал мне верить, потому что я играл в то время, когда ещё не было социальных сетей и нет никаких видео со мной», — заключает Антонио, говоря о скудных цифровых записях своих десяти лет профессиональной карьеры. «Этот материал был подготовлен командой LA NACION с помощью искусственного интеллекта на основе статьи Федерико Марина».