Сын чилийки и участника боевых действий в Эстонии: «Мне даже в голову не приходит, что Путин может приехать сюда»

Пабло Вейрат вырос в Мадриде, питаясь кукурузным пирогом и супом из морского угря. Его мать, Антониэта Зендоя, чилийка, ушедшая в изгнание после государственного переворота против правительства Сальвадора Альенде в 1973 году, хотела, чтобы он попробовал кусочек своей родины. А также чтобы он её слушал. Поэтому, когда он был младенцем, она убаюкивала его, напевая песню «Эль-Рин-дель-Анхелито» Виолеты Парры. 43-летний Вейрат до сих пор не был в Чили, ведь его интерес к Советскому Союзу привёл его в Восточную Европу. В 20 лет, поглощая русскую литературу и изучая язык, он познакомился с эстолкой, с которой завязались романтические отношения. Он работал журналистом-фрилансером, освещая события в этом регионе, пока деньги не закончились, и он не переехал со своей парой в Эстонию, где изучал философию, стал преподавателем и завел двоих детей. Проникнутый суровой историей стран Балтии, через неделю после крупномасштабного нападения России на Украину в 2022 году он решил вступить в Лигу обороны Эстонии — добровольческую организацию, подчиняющуюся Министерству обороны. «Зная то, что я знаю о российской истории, о том, на что способна эта страна, и видя то, что я вижу, у меня возникла следующая мысль: если они придут сюда, я хочу стрелять», — добавляет он. Поскольку эстонская архитектура похожа на украинскую, когда Вейрат видел кадры, на которых бомбы взрывали деревни, он прекрасно представлял себе, как разрушаются его улица и его дом. «Нынешний российский режим — это как будто нацисты так и не ушли из Германии. Мы уже видели, что они натворили в Грузии в 2008 году, и видим, что они творят на Украине. Это чистейшее варварство. Во всех поступающих новостях говорится о том, что когда российские войска входят в какой-то населённый пункт, первое, что они делают, — это собирают людей, подвергают их пыткам и выбивают из них информацию, словно это 30-е годы. Итак, именно такие люди находятся в 200 километрах от моего дома и угрожают прийти», — отмечает он. В Эстонии, стране с населением 1,3 миллиона человек, армия небольшая, и есть признаки того, что после Украины какая-то страна на восточном фланге Альянса может стать следующей в списке Москвы. Поэтому среди сослуживцев Вейрата по ополчению есть сварщики, предприниматели, политики и музыканты. «Эстония прекрасно понимает, что это вопрос выживания. русские уже были здесь и уже пытались уничтожить культуру и национальную идентичность», — утверждает он. Когда он решил вступить в лигу, он поговорил со своей парой, которая хотела поступить так же. Но они решили, что идти должен только один из них, чтобы кто-то остался с детьми, если всё пойдёт не так. У них есть план на такой случай, рассказывает учитель, и добавляет: «К тому же, не знаю, может, это из-за моего баскского происхождения, но я просто не могу терпеть, чтобы Путин пришел сюда». Хотя Вейрат старается не говорить со своими детьми о войне — старшему 10 лет, а второй — семь — он утверждает, что, тем не менее, благодаря местной обстановке они знают, что происходит, и, возвращаясь из школы, плохо отзываются о Путине. «Мы не хотим так жить, мы не хотим, чтобы это произошло, но нужно быть готовыми, потому что если ты не готов, будет еще хуже», — рассказывает он. Именно в этой готовности и заключается смысл военных тренировок, на которые он ходит по выходным уже четыре года, чтобы научиться сражаться так же, как армии НАТО. Каждый взвод состоит из восьми–десяти стрелков, которым также поручаются дополнительные роли: командира, снайпера или санитара. Обучение включает в себя, в частности, то, как реагировать, если в тебя стреляют во время патрулирования, как окружить противника, оказывать помощь раненому в бою, как захватывать окоп и многое другое. «В течение года мы повторяем множество различных учений, а раз в год проводится масштабное учение с участием тысяч солдат НАТО. Но повседневная жизнь — это пребывание в своей части и выходы в лес на различные учения. Их бывает два-три в месяц, в зависимости от того, насколько ты хочешь участвовать, а потом можно пройти курсы специализации», — объясняет он. Вейрат специализируется на тяжелых пулеметах. Во время учений имитируются боевые столкновения, некоторые из них — с боевой стрельбой. Самый яркий случай, связанный с геополитической обстановкой, произошёл с ним однажды, когда колонна грузовиков выезжала из лагеря, а на перекрёстке стоял джип с мужчиной, снимавшим всё на мобильный телефон: «Мы сообщили об этом, и сразу же прибыла военная полиция и увезла его. Он снимал и имел связи с Россией. Так что, хочу сказать, что угроза и присутствие России постоянны». Одной из самых тяжких сторон тренировок является занятия зимой, когда в заснеженном лесу температура опускается до -12 градусов. «Зимняя война — это самое страшное, что только может быть, потому что сама природа пытается тебя убить», — отмечает он. Но, несмотря на суровые морозы, он постепенно привык к ним. Настолько, что его мечта — уйти на пенсию в Пунта-Аренас, ворота в чилийскую Патагонию, неизвестную землю его матери.