Смерть Рамиро Вальдеса в Гаване ускоряет конец мифов о кубинской революции

С кончиной Рамиро Вальдеса Менендеса (Артемиса, 1932) ушли в небытие и многие тайны кубинской революции. Хотя он сыграл важную роль в технологическом прогрессе острова — в том числе в внедрении интернета, — его имя ассоциируется с репрессиями против критически настроенных голосов. Вальдес взял на себя задачу по созданию структуры спецслужб и контрразведки и стал основателем внушавшего страх Министерства внутренних дел (Мининт), возглавляя его в течение двух сроков (1961–1968 и 1979–1985). Для его сторонников он является стражем, обеспечившим выживание режима; для его критиков и правозащитных организаций он был главным исполнителем преследований, цензуры и социального контроля на Кубе в первые годы существования революционного режима. «Физическая кончина Командующего Революцией Рамиро Вальдеса Менендеса причиняет глубокую боль, как смерть отца», — заявил президент Мигель Диас-Канель в сообщении в социальной сети X. «Я всегда любил и уважал его. Так я и буду вспоминать его поддержку и советы, его сдержанное сотрудничество и образцовую преданность делу Родины. Каждый поступок в жизни команданте Рамиро был отмечен его абсолютной верностью руководству Фиделя и Рауля, его товарищам по борьбе и Программе Монкады, справедливую суть которой он отстаивал... От штурма крепости диктатуры в 1953 году до последнего вздоха его образцовой жизни», — сказал президент. Вальдес скончался после нескольких месяцев, проведённых вдали от общественности из-за ухудшения состояния здоровья. На момент смерти он по-прежнему занимал официальную должность вице-премьера. Он был одним из последних «сильных людей» старой гвардии, пережившим чистки и верным стратегом идеологической ортодоксии и наиболее непримиримого крыла государственного аппарата. Мексиканский журналист Херардо Арреола, автор книги «Куба: будущее под вопросом» (издательство «Дебате»), проживший 16 лет в Гаване в качестве корреспондента мексиканских СМИ, отмечает определяющую черту его биографии: «Он был единственным из того исторического поколения, кто оставался на передовой — начиная с подготовки к штурму казарм Монкада в начале 1950-х годов и до самого конца». Чтобы понять политический вес Рамиро Вальдеса, нужно перенестись в Кубу 1953 года. Родившись в Артемисе, провинции недалеко от Гаваны, он входил в группу партизан, из которой зародилось восстание против диктатуры Фульхенсио Батисты. Артемиса, как вспоминает Арреола, дала большую часть молодых заговорщиков, которые 26 июля 1953 года последовали за адвокатом по имени Фидель Кастро в смелом штурме казарм Монкада в Сантьяго-де-Куба, ставшем уже основополагающим мифом Революции. Вальдес был ранен и взят в плен после того подвига. Он отбыл срок заключения на острове Пинос (сегодня — Остров Молодёжи) и был амнистирован в 1955 году, но его судьба осталась неразрывно связанной с братьями Кастро. Он входил в состав экспедиции, пересекшей Мексиканский залив на борту яхты «Гранма», и поднялся на вершины Сьерра-Маэстра. Его тесные связи с руководящим ядром укрепились после того, как он был назначен заместителем командира 8-й колонны «Сиро Редондо», возглавляемой Эрнесто «Че» Геварой. К моменту победы Революции этот молодой человек из Артемисы уже был одним из самых влиятельных людей на новой карте власти. С тех пор он стал человеком, которого боялись. В условиях крайней международной враждебности, отмеченной вторжением в залив Свиней и обострением операций ЦРУ против Революции, Вальдес получил прямое поручение создать разведывательные и контрразведывательные службы нового социалистического государства. Под его руководством Министерство внутренних дел (Minint) превратилось в чрезвычайно эффективный механизм по нейтрализации внутренних оппозиционных групп, ликвидации шпионских сетей и пресечению покушений на жизнь Фиделя Кастро. «Самое примечательное в нынешней ситуации — это то, что он стал ещё одним из тех кубинских деятелей, которые уносят с собой в могилу важные секреты. Он, несомненно, знал очень много о том, что происходило за кулисами политической системы и в руководящем составе. Он никогда не давал подробных интервью на политические темы или о своей деятельности в правительстве. И, насколько известно на данный момент, не оставил после себя никаких письменных свидетельств, мемуаров или чего-либо подобного», — комментирует Арреола. Управлять нитями государственной безопасности в системе советского образца было сопряжено с рисками. Ареола вспоминает, что Вальдес пережил, по крайней мере, две крупные чистки, которые в иные времена означали бы конец его политической карьеры или даже нечто худшее. Первая из них произошла в середине 1980-х годов, когда Фидель Кастро развернул «кампанию по исправлению ошибок и устранению негативных тенденций», направленную против экономического курса, по которому двигалась страна. Вальдес был отстранен от политической арены в 1985 году при полной неясности обстоятельств. «На самом деле так и не стало до конца ясно, почему это произошло», — вспоминает Арреола. Его вес в революционной мифологии был настолько велик, что он не попал в немилость. Его перевели на гражданскую службу. В девяностые годы и в первом десятилетии XXI века, как вспоминает Арреола, он посвятил себя тому, что тогда считалось стратегическим сектором: созданию телекоммуникационной отрасли на Кубе и введению острова в эру интернета. Именно на этом втором этапе разразился его второй крупный кризис. Уже в 2000-х годах, работая в Министерстве информатики и связи, Вальдес курировал спорный проект прокладки подводного оптоволоконного кабеля ALBA-1, проложенного из Венесуэлы с целью обеспечить Кубу независимым доступом к интернету. Проект сопровождался многочисленными задержками, слухами о коррупции и хищениях средств, в которых были замешаны высокопоставленные чиновники. «Об нарушениях в сфере телекоммуникаций, когда Рамиро Вальдес возглавлял этот сектор, становилось известно по отдельным фрагментам», — отмечает Арреола. «Никаких подробностей не было; просто бывали периоды, когда он исчезал из поля зрения, но всегда появлялся снова с новыми задачами», — комментирует журналист. Его смерть наносит удар по риторике кубинского правительства, которое придерживается мифов о старой гвардии, чтобы утверждать, что Революция жива с 1959 года. После смерти Фиделя Кастро его брат Рауль, которому 94 года, взял на себя эту роль под статусом «лидера во главе Революции». Из исторических командиров партизанских отрядов остались лишь второстепенные фигуры, говорит Арреола. Один из них — Гильермо Гарсия Фриас, который уже много лет находится в стороне от руководства и общественной жизни. Еще одно весомое имя — Хосе Рамон Мачадо Вентура, который, несмотря на преклонный возраст, по-прежнему часто появляется на публике, и в последнее время в официальных заявлениях вновь подчеркивается его статус командира, однако его символическое значение далеко от того, которым обладали участники штурма Монкады, добавляет журналист. «Эта смерть ставит вопрос о том, останется ли кто-нибудь с таким статусом исторического лидера, когда уйдет из жизни и Рауль Кастро», — отмечает Арреола. Уход из жизни этой старой гвардии вынуждает Коммунистическую партию переосмыслить, какие символы продвигать и какой акцент делать в риторике преемственности, которая лишается своих первоначальных лиц на фоне нового наступления на Революцию, организованного из Вашингтона.