Главный инспектор Морочо заявляет, что за ним «следили», пока он расследовал «дело Гюртель»

Главный инспектор Мануэль Морочо, который в этот четверг вновь предстал перед судом, рассматривающим дело «Операция Китчен», заявил, что организованный против его группы из Отдела по борьбе с экономическими и налоговыми преступлениями (UDEF) бойкот привел к тому, что ряд отчетов по делу «Гюртель» так и не был составлен; более того, за ним «следили» и «наблюдали» во время расследования этого дела. «Есть много информации, полученной с зарубежных счетов, которая так и осталась не проанализированной», — ответил сотрудник Национальной полиции на вопросы защиты, которая пытается посеять сомнения относительно того, повлияло ли «давление», о котором рассказал Морочо, на ход дела, касающегося Партии народной партии (PP). С помощью этой стратегии обвиняемые пытаются опровергнуть версию Антикоррупционной прокуратуры и остальных обвинителей, которые утверждают, что сеть шпионажа против Луиса Барсенаса, запущенная в 2013 году в Министерстве внутренних дел, имела целью похищение конфиденциальных материалов высокопоставленных партийных деятелей, которые еще могли храниться у бывшего казначея партии, чтобы они не попали к следователям по делу «Гюртель» и не помешали расследованию Национального суда. —Вы знаете, прослушивался ли ваш кабинет с помощью микрофонов? —спросил его адвокат. —Есть признаки того, что да, так же как и автомобиль, который нам был выделен. За мной следили и наблюдали, чтобы проверить, соответствует ли мое поведение этическим нормам. И если бы они обнаружили что-то неэтичное, то могли бы шантажировать меня. На этом этапе допроса, под настойчивыми требованиями защиты задать ему вопросы, Морочо даже достал пластиковый пакет с номерным знаком внутри и добавил: «Что касается улик: мы обнаружили в кабинете пакет с крепежными деталями, дрель и официальные номерные знаки полиции». Кроме того, вспоминая, как его перевели из его подразделения, чтобы поставить под непосредственное руководство Эухенио Пино, главы полиции при Мариано Рахое и обвиняемого в этом деле, Морочо подчеркнул, что этот перевод привел к ослаблению расследования. «Я работал над основной частью [дела]. Было множество судебных поручений, которые нужно было проанализировать. Необходимо было проанализировать денежные потоки. Была работа, которую нужно было выполнить». —И эта работа была выполнена? —спросил тогда один из адвокатов защиты. —Ну, многие [отчеты] так и остались невыполненными. Есть много информации, поступившей с зарубежных банковских счетов, которую мы не смогли обработать, потому что у нас не было ни персонала, — ответил свидетель. Затем бывший сотрудник UDEF заявил, что высшее руководство полиции также продвигало «стратегию» по «ликвидации группы». Как уточнил старший инспектор, в 2013 году, когда газета EL PAÍS опубликовала документы Барсенаса и эта линия расследования была возобновлена, в его команде было 11 человек. «В 2013 году ушли три сотрудника, один из которых играл важную роль. «В 2014 году ушел один младший инспектор, а в 2015 году — пять человек», — добавил Морочо, отметив: «Некоторых заменили. Но группа осталась без следственных возможностей». «Те отчеты, которые не были составлены, не были составлены из-за отсутствия следственных возможностей, но это были запланированные отчеты», — подчеркнул главный следователь по делу «Гюртель», который уже в среду рассказал, что на него оказывалось «давление» с целью «сорвать» расследование. Среди прочего полицейский рассказал, как руководство полиции пыталось задержать отчеты, которые он направлял судье; как они пытались убрать его «с дороги»; как настаивали на удалении имени президента Рахоя из отчета; и как, в том числе, пытались подкупить его, предложив более высокооплачиваемую должность. «Как только PP пришла к власти и взяла бразды правления в полиции, произошла перемена в действиях», — продолжил он в четверг, прежде чем подчеркнуть, что публикация «Документов Барсенаса» привела к новому всплеску «давления». Четвертая неделя судебного разбирательства по делу «Kitchen» подходит к концу в этот четверг. Судебное заседание продолжится в следующий понедельник допросами других свидетелей, но перед этим суд вновь заслушал старшего инспектора Морочо, который подготовил десятки отчетов, подкрепивших расследование, которое загнало PP в угол из-за коррупционной схемы, возглавляемой Франсиско Корреа. После того как в среду он почти четыре часа отвечал на вопросы Антикоррупционной прокуратуры, Государственной адвокатуры и остальных обвинителей, в четверг ему предстояло ответить на вопросы защиты, за исключением вопросов Хорхе Фернандеса Диаса, министра внутренних дел в правительстве Мариано Рахоя, который уже имел возможность допросить его накануне. Во время своего показания Морочо отметил, что бойкот «Гюртеля» вышел за рамки слежки за бывшим казначеем Народной партии Луисом Барсенасом, и добавил, что «Kitchen» «была полицейской операцией без судебного разрешения». Как он подчеркнул, вся эта интрига велась за спиной UDEF и судьи Пабло Руса, который руководил из Национального суда делом против Луиса Барсенаса. Как раз после завершения допроса старшего инспектора суд приступил к заслушиванию Хавьера Иглесиаса, адвоката, связанного с PP. Бывший казначей рассказал, что Иглесиас пытался подкупить его в 2013 году на полмиллиона евро, чтобы тот посеял сомнения относительно документов Барсенаса: «Он предложил мне, поскольку документы были опубликованы газетой EL PAÍS, изменить документы, изменить понятия и суммы, сохранив тот же шрифт и тот же формат, чтобы передать их прессе и создать неопределенность относительно того, какие из документов являются подлинными». На прошлой неделе Иглесиас отказался давать показания, сославшись на адвокатскую тайну в связи со своим статусом адвоката. Затем суд приостановил слушание для изучения дела и вновь вызвал его в этот четверг для допроса. Иглесиас опроверг описанный Барсенасом эпизод: «Это абсолютная ложь». «Вы не просили его оформлять документы левой рукой?», — настаивала адвокат бывшего казначея, выступающая в качестве частного обвинителя. «Я этого не помню...», — ответил свидетель.