«Не знаю, как, но она жива»: переписка в чатах компрометирует обвиняемого в убийстве одноклассницы в Аргентине

Ряд сообщений, извлеченных из мобильного телефона предполагаемого убийцы, может привести к решающему повороту в расследовании нападения на Сесилию Эмильсе Ласкано — 16-летнюю девушку, которой перерезали горло в Альвеаре (Корриентес, Аргентина) в середине прошлого месяца. В переписке, которая велась в основном между единственным задержанным молодым человеком, известным как J., и его девушкой, известной как N., содержатся упоминания о предполагаемом плане нападения на подростка, сокрытия тела и фальсификации места преступления с целью инсценировки самоубийства. Сейчас эти чаты являются одним из основных доказательств, анализируемых прокурором Факундо Кабралом, который стремится установить не только то, что произошло в ранние часы утра 16 июля, но и то, имел ли обвиняемый пособников, знали ли о плане другие люди и в какой степени в этом могла участвовать его подруга, после того как мать жертвы потребовала задержания этой девушки по подозрению в соучастии. Среди сообщений встречаются фразы, которые, по мнению следователей, серьезно компрометируют задержанного подростка. В одном из диалогов, когда его девушка призналась, что он вызывает у неё страх, подросток попытался успокоить её фразой, которая теперь фигурирует в деле: «Я убиваю, но тебе я никогда не причиню вреда, ни волоска не трону». Диалог начался за несколько дней до этого. Согласно реконструкции, составленной на основе экспертизы телефона обвиняемого, 14 июля Н. она спросила своего парня, станет ли следующий день «тем днём», когда он сделает то, о чём ей ранее рассказывал. Ответ пришёл через несколько минут: молодой человек заверил, что всё готово. Следователи утверждают, что с этого момента в сообщениях стали появляться детали предполагаемого плана. В другом разговоре подросток прямо говорил о методе, который он собирался использовать: «Перерезать горло и быстро спрятать». В одном из сообщений J. объявляет, что приступит к реализации своего «чертового плана» и обещает прислать фотографии. Затем, по словам следователей, он написал: «Всё вышло из-под контроля». «Не знаю, как, но она жива. Пожалуйста, мне нужна твоя помощь, любовь моя», — написал он. Позже он якобы попросил третьего человека «избавиться от неё»; этот обмен сообщениями сейчас анализируется, чтобы установить, были ли ещё люди, которые могли быть каким-либо образом причастны к осуществлению преступного плана. Переписка была восстановлена в период с 14 по 16 июля, а городские камеры наблюдения позже зафиксировали, как Дж. и Сесилия шли к старой железнодорожной станции ранним утром 16-го числа. В переписке также упоминается возможность зафиксировать нападение на видео. Как следует из переписки, существовала договоренность об отправке фотографий и видео третьему лицу, личность и возможное участие которого являются предметом расследования. В сообщениях также упоминается о смене одежды после нападения и о необходимости возвращаться другим путем. Более того, молодой человек, по всей видимости, подумывал взять с собой оружие помимо ножа. «Все поверили в эту сказку о самоубийстве. Она пришла в себя и до сих пор жива», — написал Дж. в текстовом сообщении после нападения на Сесилию Ласкано на пустыре, расположенном недалеко от бывшей железнодорожной станции Альвеар в Корриентесе. В первые дни смерть подростка расследовалась исходя из совершенно иной версии. 16 июля прокуратура Санто-Томе возбудила дело по «установлению причин смерти». Старые самоповреждения, которые Сесилия имела на руках, и резаная рана на одном из запястий изначально заставили следователей рассмотреть версию о самоубийстве. Но через несколько дней расследование приняло неожиданный поворот. Анализ ряда сообщений и изображений, зафиксированных камерами видеонаблюдения, позволил восстановить иную последовательность событий и установить, что, согласно результатам расследования, на Сесилию напал одноклассник из школы «Доктор Мамерто Акунья». Фраза, написанная юношей, относилась к тому, что произошло после нападения. Тяжело раненая Сесилия сумела подняться и уйти с пустыря. Укол ножом в шею привел к перерезанию трахеи, из-за чего она уже не могла говорить. Тем не менее она начала шататься по окрестностям, теряя кровь с каждым шагом. У старой станции она попыталась позвать на помощь. Она стучала в двери нескольких домов, но никому не удалось сразу осознать всю серьезность происходящего. Порез на шее не убил её на месте, хотя кровотечение становилось всё сильнее. В разгар этой отчаянной попытки найти помощь она оставила знак, который в конце концов позволил привлечь внимание соседки. Сесилия просунула свое кольцо под дверью одного из домов, пытаясь показать, что с другой стороны находится женщина, нуждающаяся в помощи. Хозяйка дома сообщила об этом в местный полицейский участок. Когда прибыли сотрудники участка Альвеар, они обнаружили тяжело раненую подростка у входа в дом. Сначала её доставили на скорой помощи в местную больницу, а затем перевели в Санто-Томе, расположенный в 89 километрах оттуда. Её состояние было критическим. Она потеряла значительное количество крови, и в конце концов было принято решение о повторной перевозке в больницу города Корриентес; она скончалась во второй половине дня. Когда полиции удалось установить её личность и сообщить об этом родителям, расследование по-прежнему было сосредоточено на версии самоубийства. Однако выводы судебно-медицинских экспертов изменили ход дела. Было установлено, что как раны на шее Сесилии, так и травма запястья, ставшая причиной её смерти, не соответствовали повреждениям, которые она могла нанести себе сама, а были нанесены другим человеком. La Nación GDA