Южная Америка

Маувезин удивил всех перед судебным заседанием, прервал молчание и заявил о «беспомощности»

Маувезин удивил всех перед судебным заседанием, прервал молчание и заявил о «беспомощности»
Журналисты и судебные чиновники, присутствовавшие в понедельник на очередном судебном заседании по делу бывшего сенатора Густаво Пенадеса, были удивлены, поскольку Себастьян Маувезин, обвиняемый в семи преступлениях, связанных с содействием сексуальной эксплуатации несовершеннолетних, нарушил молчание. Накануне слушания, на котором присутствовал El País, чтобы вновь обсудить меры пресечения — Пенадес и Маувезин по-прежнему находятся в предварительном заключении — профессор истории, обвиняемый в сотрудничестве с бывшим сенатором, начал говорить, хотя никто не задавал ему вопросов. Он заявил, что «существует свобода слова» и что как обвиняемый он имеет право высказываться. «Я нахожусь в предварительном заключении уже два года и шесть месяцев», — сказал он и добавил, что ему предложили заключить соглашение о сокращенном судебном разбирательстве, но он не согласился, поскольку он «абсолютно невиновен». «У меня чистая совесть», — заявил он и выразил мнение, что в этом процессе, который еще не дошел до суда, «используются» методы «Инквизиции», и конкретно упомянул Томаса де Торквемаду, который, по его словам, «унижал людей» и «оскорблял их». «В данном случае происходит именно это: унижение и оскорбление людей и нашего дела. «В моем личном случае я оказался абсолютно беззащитен», — отметил он и упомянул, что его «таскают по следственным изоляторам без каких-либо обоснований». Кроме того, он попросил, «чтобы не замалчивали» его дело, которое вначале получило «такое широкое освещение в прессе». Затем он заявил, что «было бы очень хорошо, если бы судебные заседания снимали на видео», потому что тогда стало бы видно, «как обращаются» с обвиняемыми. «Не зря 98,5 % дел рассматриваются в упрощенном порядке, а в суд попадает лишь небольшое количество людей — все из-за вымогательского соглашения», — отметил Маувезин, который затем добавил, что пойдет «до конца», чтобы доказать свою невиновность.