Апарисио Саравия

После институционального утверждения национального государства с принесением присяги на Конституцию 1830 года последовали гражданские столкновения, которые привели к появлению лозунгов и партий «Колорадо» и «Бланко» (позже «Национальная»), которые французский исследователь Морис Дюверже в своей монографии общемирового значения на эту тему — «Политические партии», изданной в середине прошлого века, — называет самыми древними из известных в истории. Когда в августе национализм охватывает всю Республику, отмечая 190-летие своего политического существования, 10 сентября эти эмоции возобновляются при воспоминании о мученической гибели Апарисио Саравии. 1 сентября 1904 года, сидя верхом на своей лошади-зайно: «…На правом фланге сам генерал руководил отрядами, сражавшимися на расстоянии менее 200 метров; его можно было легко узнать по пончо и белой шляпе, и как будто этого безрассудного вызова судьбе было недостаточно, его сопровождал знаменосец с развернутым знаменем… Так он получил смертельное ранение, сражаясь, как всегда сражался, в соответствии со своим характером легендарного героя — с обнажённой грудью…» (рассказ, содержащийся в «Брошюре», воспоминаниях полковника Кармело Кабреры, присутствовавшего при этом событии). После мучительной агонии 10 сентября Саравия скончался в доме Луизы Перейра де Соуза, расположенном в приграничной зоне в местности Сепультурас. После смерти Саравии националистическая армия признала поражение, и был подписан мирный договор в Асегуа. Впоследствии конституционная реформа 1918 года была основана на этих событиях, закрепив демократический и либеральный дух наших политических институтов. С ней пришли упорядочение избирательной системы, всеобщее и тайное голосование, а также возможность участия политических партий в управлении государством. Саравистская революция 1904 года, направленная против правительства президента Хосе Батлье-и-Ордоньеса, произошла под предлогом невыполнения им ранее заключенных соглашений, гарантировавших партии «Бланкос» право на занятие руководящих политических постов в глубинке страны. Причинами также стали чрезмерный централизм в Монтевидео и другие действия, которые «Бланкос» считали несоответствующими при ведении государственных дел. Много раз в речах националистических лидеров я слышал с трибуны, что эта революция была уникальным явлением в мире, поскольку борьба велась открыто и велась не для захвата власти, а для того, чтобы все граждане могли выбирать своих правителей и участвовать в управлении Республикой. Кроме того, отечественные историки сходятся во мнении, что подобные революции, как упомянутая, уже были невозможны. Неформальная армия не могла противостоять железной дороге, телеграфу и регулярной армии. Отсюда и то, что в стране так называемые террористические акции, псевдореволюционные действия являются проявлением отношения, далекого от гражданственности, укоренившейся в душе национального республиканца. Апасио Саравия ценил человеческую жизнь. В докладе 1904 года говорится: «С вооруженным врагом нужно сражаться без пощады; побежденный же… становится заблудшим братом, рожденным под тем же небом». В свою очередь, в Общем приказе Саравии было установлено, что необоснованное жестокое обращение с врагом будет являться основанием для привлечения к военному суду. Эти факты заслуживают того, чтобы остаться в национальной памяти.