Всегда в пути

Правительство находится у власти уже полтора года, но создается впечатление, что его срок уже близится к концу. Это психологическое состояние ввергает правящую партию в лабиринт самоанализа, подстегиваемого уколами неутешительных опросов. Те, кто воспринимает левые идеи как призыв к радикализму, испытывают беспокойство и разочарование, несмотря на то что президент и его ближайшее окружение напоминают им, что они не обещали радикализма. Между ядром «Исполнительной башни» и политическим «Широким фронтом» наблюдается своего рода шизофрения, раскол личности: в парламенте «Широкий фронт» продолжает вести себя так, будто находится в состоянии войны, а в общественной жизни выражает себя через марксистский профсоюз PIT-CNT. Напомним, что правящая партия начинала с того, что подвергала сомнению всё, вплоть до базовых экономических показателей. Она свергла программу «Нептуно» и ухватилась за проект Касупы, который не является решением. Она подвергла сомнению управление ASSE и перевела дело в судебную плоскость. Она не предприняла никаких попыток найти решение в деле «Кардама» и с самого начала также пошла по пути судебного разбирательства. Она не только не достигла соглашения по поводу прокуратуры при Верховном суде, но и занялась преследованием прокурора Ферреро, которая подверглась нападкам со стороны наркоторговцев, как никогда раньше. Кроме того, они пытаются дискредитировать генерального секретаря Партии Колорадо из-за профессионального вмешательства, оправданного собственной юридической службой парламента. Мы могли бы и дальше перечислять случаи, когда парламентская фракция правительства переходила к наступательным действиям и переходила к критике предыдущего правительства. Это не случайно, и отсюда проистекает позиция партий коалиции во время обсуждения отчета о деятельности правительства — этого «национального вида спорта», в котором мы каждый год обсуждаем весь бюджет и возвращаемся, чтобы взять реванш за то, чего не удалось добиться в прошлом году, добавляя к этому даже нормы, касающиеся средств массовой информации и свободы прессы. В этом вопросе никто не безгрешен, хотя лично я могу вспомнить несколько случаев, когда нам удавалось, ценой больших жертв, свести «отчёт» к его сути — к обсуждению отчётов правительства. На этот раз правительство обходит эту преграду, заключив соглашение с «Кабильдо Абиерто», подобное тем, что заключались в предыдущие годы и которые так дорого обошлись перед избирателями тем, кого возглавлял генерал Манини, не желавшим играть роль спасителей Широкого фронта. Мы осознаем противоречие, с которым приходится справляться правительству. Но такая двусмысленность в конечном итоге оказывается неудовлетворительной для всех. Типичным примером является Венесуэла. Сторонник «Широкого фронта», поддерживающий Чавеса, подвергает сомнению всё, в то время как остальная часть страны с радостью принимает тот факт, что левая диктатура постепенно угасает. Другой пример — Израиль. И здесь вопрос приобретает критический характер, ведь можно сколько угодно критиковать политику правительства Нетаньяху, но нужно четко проводить различие между этим и неоспоримым правом государства на мирную жизнь, а также между разразившимся безудержным антисемитизмом. Подобные инциденты множатся даже в такой стране, как Уругвай, связанной с Израилем с момента своего основания. В последние дни мы стали свидетелями попытки показать пропагандистский фильм ХАМАС в университетской среде, а также произвола со стороны профсоюза, который пытался помешать экспорту скота в Израиль. Профсоюз даже оправдывает эту акцию как проявление свободы слова, хотя с любой точки зрения это является преступлением. Университет разорвал отношения с Еврейским университетом в Иерусалиме, в результате чего конфликт перешел на академический уровень нетерпимости, вызывающий беспокойство. Ситуация чрезвычайно серьезна. Она остается такой во всем мире с момента жестокого нападения 7 октября 2023 года — крупнейшего, которое пришлось пережить еврейскому народу со времен Холокоста. Парадоксально, но неизбежный ответ — поиски похищенных заложников — перевернул термины уравнения, и жертва оказалась на скамье подсудимых. Здесь мы также видим, как президент стремится к сбалансированности, а депутаты, отражая настроения своих избирателей, скатываются в нетерпимость. Видеть депутаток от «Фронта» с палестинскими флагами, защищающих режим, который обрек бы их на покорность, — это то, что выходит за все пределы разумного. На этом история не закончится. Мы также находимся в переходном периоде: на Востоке, где вновь проглядывает свет мира, и здесь, где нам предстоит возродить дух нашего университета, его либеральный гуманизм — тот самый, что воплощал в своей кафедре Хустино Хименес де Аречага, а сегодня находится в забвении из-за пособничества исламскому терроризму. В соседнем регионе Аргентина и Бразилия прервали диалог. Необходимо стремиться к сближению, по крайней мере на институциональном уровне. Как мы будем обеспечивать выполнение Договора с Европейским союзом в такой обстановке? Уругвай и Парагвай имеют право требовать решения. Его нужно искать. Вопрос становится ещё сложнее, когда мы обращаем взор на великие державы. Мы не можем представить себе стабильный мир без достижения определенного уровня взаимопонимания между Китаем и США. Главный вопрос касается США: являются ли Трамп и его стиль поведения политикой, которая пришла, чтобы остаться, или это временная скобка, которая уже может пойти на спад после предстоящих парламентских выборов в ноябре? И если это так, что будет дальше? Демократическая партия Кеннеди, Обамы и Клинтонов или социализм Мамдани и последователей Берни Сандерса? Пока эти колебания ставят под сомнение политический мир, в котором все закупают вооружение, научная революция продолжает бросать вызов, открывая новые горизонты. Еще Гераклит из Эфеса двадцать пять веков назад предупреждал, что мир будет постоянно меняться, что река останется той же, но вода в ней — нет. Нельзя дважды войти в одну и ту же реку. Чего Гераклит не мог себе представить, так это скорость этого потока. Мы всегда находимся в пути. И не всегда ясно, куда именно.