Перепутье Марии Корины Мачадо: зажатая между Вашингтоном и Каракасом

Всего за 24 часа Мария Корина Мачадо не смогла сесть на судно, которое должно было вывезти её из Панамы в Венесуэлу. Не удалось и сесть на рейс на карибский остров Аруба, который так и не взлетел. Не увенчалась успехом и последняя попытка вылететь на остров Кюрасао. Двери закрывались одна за другой перед оппозиционеркой, которая предпринимала уже пятую, шестую и седьмую попытку вернуться в свою страну с тех пор, как в декабре она тайно покинула ее, чтобы получить Нобелевскую премию мира. Очередная «одиссея» Мачадо стала достоянием общественности в то время, как ее заклятая врагиня Делси Родригес встречалась в Нью-Йорке с Дональдом Трампом. Это были две противоположные картины, иллюстрирующие немыслимую ситуацию, в которой находится Венесуэла уже почти девять месяцев. С одной стороны — исполняющая обязанности президента, сторонница Чавеса и антиимпериалистка, благодарившая и улыбавшаяся президенту, который однажды ранним январским утром арестовал её лидера. С другой — лидер оппозиции, имеющая самые тесные связи с Вашингтоном, потерпевшая неудачу в своей очередной попытке принять участие в так называемом переходном процессе, происходящем в её стране. Контраст был настолько ярким, что трудно поверить, что это было случайно. Никто публично не говорит, кто препятствует въезду Мачадо. Её дочь Ана Корина предупредила, что «в этом замешаны многие силы», но не стала вдаваться в подробности. Государственный секретарь Марко Рубио сделал вид, что ничего не знает, когда его спросили о трех неудачных попытках: он назвал их смелыми и перевел разговор на свое желание, чтобы восемь миллионов венесуэльцев, находящихся за границей, вернулись в свою страну. Вашингтон отрицает наличие какого-либо вето, но все сходятся во мнении, что этот вопрос решается одним звонком из Белого дома. «Единственная страна, которая имеет право не допустить его въезда, — это США», — резюмирует один из опытных лидеров оппозиции, уже ушедший на пенсию. «Чавизм может выдвигать это в качестве условия, но решение о его принятии принимает Вашингтон». Сегодня Мачадо переживает одну из самых сложных ситуаций за всю свою долгую политическую карьеру. Она покинула Венесуэлу девять месяцев назад в ходе драматического побега с помощью США, и с тех пор события развивались с такой скоростью, которую никто не мог предвидеть. Тот самый Трамп, который «поймал» Николаса Мадуро через несколько недель после того, как помог ей, теперь, похоже, с удовольствием ведет переговоры с Делси Родригес и не проявляет никакой спешки в вопросе проведения выборов. Во время их краткой встречи в Нью-Йорке Трамп заявил Родригес, что Венесуэла должна провести выборы, но, по данным портала Axios, не упомянул о сроках. Тем временем будут заключаться новые многомиллионные сделки. Оппозиционерка ведет борьбу не только против чавизма, но и против собственной неактуальности. Лидер, которая зашла дальше всех в своей ставке на Вашингтон — вплоть до того, что подарила президенту США Нобелевскую медаль, — сейчас отстраняется от дел, в то время как другие сегменты оппозиции садятся за стол переговоров с чавистами. Переговорный стол, организованный с участием правительства и продвигаемый США, — не её стол. И условия тоже не её. «Та самая сила, на которую она ссылалась, говоря: „Мы не сможем в одиночку“, — именно она теперь мешает ей продвигаться в своём политическом проекте», — резюмирует аналитик Crisis Group Фил Гансон. «Это ирония размером с небоскрёб». Мачадо уже три месяца находилась в Панама-Сити, когда США сорвали две предыдущие попытки после землетрясения, поразившего Венесуэлу 24 июня. Два надежных журналиста из ABC и NTN24 должны были запечатлеть эту одиссею — или блокаду — её возвращения, но те кадры, которых ждут многие венесуэльцы, вновь так и не появились. Все из её окружения настаивают, что она вернётся. Так или иначе. В одиночку или в сопровождении международной делегации. «Будьте уверены, это произойдёт», — призвала её дочь. Сама она вновь пообещала это в эту субботу: «Существует много интересов, связанных с Венесуэлой, и есть силы, которые стремятся отсрочить ситуацию подчинения». «Я вернусь очень скоро и надеюсь, что все вы поднимете голос, подчеркивая необходимость скорейшего проведения выборов, и что те, кто находится за рубежом, смогут проголосовать», — заявила Мачадо на виртуальном международном форуме «Где находится и куда движется демократия?». «В ближайшие недели определится будущее Венесуэлы, доверьтесь народу Венесуэлы», — добавила она. Износ, которому она подвергается, неизбежен. «Она систематически обещает вернуться, приехать, противостоять, вступить в конфронтацию, но не делает этого, и наступает момент, когда это обещание теряет силу», — говорит Анхель Альварес, профессор политологии. «Венесуэльцы по-прежнему говорят о её смелости и решимости, но проблема возникает, когда задаётся вопрос о её способности выполнить то, что она обещает», — отмечает Гансон. «В этом и заключается её ахиллесова пята: даже самый симпатичный политик, если не выполняет обещаний, теряет поддержку». Её партия ждёт её без каких-либо условий. «Мария Корина говорит то, что думает, и делает то, что говорит, и она сказала, что вернётся в страну, и мы будем ждать её», — защищает её в интервью EL PAÍS национальный координатор «Vente Venezuela» Генри Альвиарес в окружении своей команды. Он уверяет, что блокады, вместо того чтобы деморализовать, только укрепляют их решимость. Чавизм, тем временем, наслаждается своей победой. Хорхе Родригес, председатель Национальной ассамблеи и брат Делси, не раз заявлял: «Главная проблема оппозиции — и наше главное преимущество — заключается в том, что она слишком часто обещает конкретные вещи, которые не может выполнить». Правящая партия отрицает, что преграждает ей путь, и утверждает, что даже перестала опасаться её возвращения. Более того, это может даже сыграть ей на руку. «Чавизм сейчас с полной уверенностью готов сказать ей: „Приезжай“, потому что соглашение с американцами уже заключено», — говорит источник, близкий к дворцу Мирафлорес. «Не хочет приезжать она сама, потому что это её скомпрометирует», — утверждает он. Этот источник утверждает, что, оказавшись в стране, Мачадо пришлось бы поддерживать мобилизацию в течение месяцев без денег, без материально-технического обеспечения и без чего-либо конкретного, что она могла бы предложить стране, озабоченной отключениями электричества и тем, как дотянуть до конца месяца. «Когда люди увидят, что она приехала и не может ничего изменить, ситуация станет ещё хуже. По крайней мере, находясь за границей, у неё есть оправдание: „Мне просто не дают“». В любом случае, сторонники Чавеса продолжают нападать на оппозиционерку за то, что она намеревалась выехать с панамским паспортом, что, по их мнению, означало бы отказ от венесуэльского гражданства. Это неправда. Как и миллионы беженцев по всему миру, Мачадо может иметь при себе проездной документ (выданный по гуманитарным соображениям), который не подразумевает признания гражданства страны, его выдавшей. В Венесуэле весь политический спектр, за исключением чавистов, ставит под сомнение самое главное: венесуэльской гражданке не позволяют вернуться в свою страну. «Ей отказывают в праве жить в своей стране», — утверждает бывший лидер оппозиции, критикующий Мачадо, но убежденный в том, что она должна участвовать в этом процессе. Оппозиционерка по-прежнему остается, с большим отрывом, политиком, пользующимся наибольшей поддержкой. «Опросы показывают очень разные цифры популярности, но какова бы ни была реальная цифра, разница в пользу Марии Корины огромна», — говорит Альварес. На этой неделе, после того как стало известно о её неудачных попытках выехать из Панамы, сотни венесуэльцев вышли на улицы в нескольких городах страны, требуя её возвращения. Мачадо стоит перед почти неразрешимой дилеммой. Чтобы сохранить свой политический капитал, ей нужно вернуться, а для этого, похоже, неизбежно разорвать отношения с Трампом — а разорвать отношения с Трампом — это именно то, чего она не может сделать. «Она находится в полусантиметре от этого разрыва, но не делает последнего шага», — говорит Гансон. «Тот, кто приезжал в Белый дом, чтобы вручить ему свою Нобелевскую премию и повторять, что именно Трамп действительно её заслуживает, вряд ли может теперь утверждать, что именно этот президент преграждает ему путь», — размышляет Альварес. Но в Венесуэле, как показывает её история, всё может измениться самым непредсказуемым образом. И, как гласит латиноамериканская поговорка: «В политике нет мёртвых».